Зарегистрироваться
15.08.20

Двигатель

Кто выиграл и кто проиграл в новом Соглашении ОПЕК+

2020-04-17 13:45 | Люкин |Борис Марцинкевич | 803 | 2

Кризис это время сделать анализ и выводы.

Переговорный «марафон» нефтедобывающих стран, стартовавший 9 апреля, закончился почти в полночь московского времени 12 апреля. За эти трое суток дважды провели телеконференцию министры стран, подписавших соглашение ОПЕК+, прошло видеосовещание министров энергетики стран группы G20, дважды провели телефонные разговоры главы государств «большой нефтяной тройки» — Королевства Саудовской Аравии, США и России, трижды общались по телефону Владимир Путин и Дональд Трамп, сенаторы-республиканцы провели переговоры с официальными лицами КСА.

Соглашение ОПЕК+ выработано, согласовано, с 1 мая 2020 года оно должно вступить в силу и действовать до апреля 2022 года, график совокупного сокращения добычи выглядит следующим образом: на 9,7 млн баррелей в сутки в период с 1 мая по 1 июля 2020 года, с 1 июля по 31 декабря 2020 года – 7,7 млн баррелей в сутки, с 1 января и до конца второго квартала 2021 года – 5,8 млн баррелей сутки. Министры группы G20 в итоговом заявлении отдельно вопросов сокращения добычи нефти не касались, что, с одной стороны, вызывает удивление, с другой выглядит достаточно логично, поскольку G20 – это, скорее, группа потребителей, а не производителей нефти. Челночная дипломатия Дональда Трампа, поочередно звонившего Салману ибн Абдул-Азизу Аль Сауду и Владимиру Владимировичу Путину, помогла решить даже такую проблему, как начальную «точку отсечения» — КСА и Россия приняли за нее 11,0 млн баррелей в сутки и договорились об одинаковом сокращении, на 2,5 млн баррелей в сутки.

Новое соглашение ОПЕК+ это старт для новых переговоров

При этом, как мы уже писали, встречи и переговоры еще не закончились, история апреля-2020 продолжает писаться. 12 апреля стало известно, чем закончилась еще одна телеконференция, которую провела African Petroleum Producers Organization (АРРО). О ней пресса вспоминает нечасто, хотя организация была создана еще в 1987 году, в нее входят 18 государств континента: Алжир, Ангола, Бенин, Габон, Гана, Демократическая Республика Конго, Египет, Камерун, Кот-д’Ивуар, Ливия, Мавритания, Нигер, Нигерия, Республика Конго, Судан, Чад, Экваториальная Гвинея и ЮАР. Общий объем добычи нефти стран, входящих в АРРО, составляет около 7,5 млн баррелей в сутки, их доказанные запасы – около 125 млрд баррелей. АРРО официально известила ОПЕК, что не только приветствует состоявшееся подписание нового соглашения, но и берет на себя обязательство присоединиться к сокращению объемов добычи, детальная информация об общем объеме и распределении квот должна появиться в ближайшие дни.

10 апреля агентство Bloomberg распространило сообщение министерства нефти и энергетики Норвегии, руководитель которого Тана Бру приняла участие в качестве наблюдателя в телеконференции ОПЕК+ – это государство намерено рассмотреть возможность одностороннего сокращения своей добычи. 14 апреля 2020 года пройдут открытые слушания о регулировании нефтедобычи в Техасе, руководить которыми будет Texas Railroad Commission, Техасская железнодорожная комиссия. Это название не должно вводить в заблуждение, оно остается данью исторической традиции, в полномочия TRC входит регулирование работы нефтепроводов, терминалов, добычных скважин в этом штате. На Техас, где ведется и традиционная, и сланцевая нефтедобыча, приходится около 42% всей добычи в США, около 5,5 млн баррелей в сутки, то есть решение, которое может быть принято на совещании TRC, может стать существенным вкладом в общее снижение объемов не только для Штатов, но и для всей мировой нефтяной отрасли.

12 апреля телеканал СВС со ссылкой на источники в правительстве Канады сообщил, что в этой стране решения о возможном сокращении добычи будут рассматриваться провинциями Альберта, Саскачеван, Лабрадор и Ньюфаунленд  – на территории именно этих провинций сосредоточена нефтедобывающая промышленность этой страны. Собственно говоря, происходит ровно то, о чем мы уже писали – новое заседание ОПЕК+ стало стартом для компании переговоров всех со всеми. Причин для этого, если не вдаваться в детали, ровно две. Такие государства, как США и Канада приняли для себя настолько жесткое антимонопольное законодательство, что их руководители не имеют права на официальное участие в картельных соглашениях, причем касающиеся не только нефти, но и любого другого товара.

Мексика – мал золотник, да дорог

Но и здесь появилось исключение, которое вызывает не полное понимание: Дональд Трамп взял на себя обязательство сократить в Штатах добычу нефти на 250 тысяч баррелей в сутки «в зачет» квот, которые JMCC, Министерский мониторинговый комитет ОПЕК+ считал необходимыми для Мексики. JMCC в своем решении о распределении квот исходил из того, что все страны, входящие в ОПЕК+, с 1 мая сократят свою добычу на 22,5% исходя из объемов, имевшихся по состоянию на октябрь 2019 года, за исключением Саудовской Аравии и России. Арифметически получалось, что Мексика должна сократить добычу на 400 тысяч баррелей в сутки, но Росио Нале (Roció Nahle), представительница этого государства, на совещании 10 апреля категорически настаивала на том, что для Мексики это просто невозможно, максимальным сокращением могут быть только 100 тысяч баррелей в сутки. Из 10 с лишним часов, в течение которых проходило это совещание, более двух часов было потрачено на попытки договориться с Росио Нале закончились тем, что единственная женщина, принимавшая участие в телеконференции, вышла из сеанса связи.

Президент США Дональд Трамп

Но уже на следующий день, 11 апреля, Трамп сделал свое заявление, которое действительно похоже на сенсацию – Штаты, несмотря ни на какие законодательные ограничения, официально взяли на себя обязательство сократить нефтедобычу, да еще и за соседнее государство, отношения с которым с момента решения о строительстве «Великой Американской стены» у США были отнюдь не самыми безоблачными. Второе совещание министров ОПЕК+, прошедшее поздним вечером 12 апреля, учло гарантии Штатов, причем ушло на это не более пары часов. Хотя прошло вот уже несколько суток, информация по этому поводу поступает очень малыми порциями. Максимально развернутая порция информации звучит приблизительно следующим образом.

«Мексика каждый октябрь хеджирует свой нефтяной экспорт на период с декабря по ноябрь, обычно эта программа предусматривает покупку финансовых инструментов (как правило – опционов) объемом около 1 млрд долларов. Хеджирование помогает правительству страны зафиксировать цену еще не добытой нефти и таким образом защититься от рисков снижения котировок. Не стал исключением и октябрь 2019 года – Мексика снова захедижровала свой будущий экспорт, исходя из цены 49 долларов за баррель, покупка опционов обошлась правительству в 1,25 млрд» долларов».

Информация вроде бы действительно развернутая – даты, суммы, цены. Но какое, простите, дело целому президенту целых США до каких-то там опционов какой-то там Мексики, в связи с чем Трамп идет на такие уступки, балансируя на грани нарушения собственного законодательства? Мало того – до сих пор нет никакой отрицательной реакции со стороны бдительной Демократической партии США, которая готова вставить любое лыко в строку, не только реальные, но и совершенно вымышленные ошибки Дональда Трампа? Ларчик открывается просто. Вот список банков, с которыми Мексикой заключены договоры о хеджировании: JP Morgan Chase, Citigroup, Goldman Sachs, BNP Paribas. Вы, уважаемые читатели, только что прочитали список четырех крупнейших банков США, главы которых руководят федеральными резервными банками, входящими в состав ФРС.

Маленькая, крошечная Мексика, как говорили у нас в 90-е, «имеет самую крутую крышу», которая уверенно, последовательно: а) помогла Трампу принять правильное решение; б) напомнила руководству Демократической партии США, что у них в стране и так дел полным-полно; в) помогла провести воскресную, повторную встречу министров ОПЕК+ в дружественной и конструктивной обстановке. Кстати, у руководства Мексики, кроме традиции ежегодно подписывать с такими вот джентльменами договоры о хеджировании, имеется еще одна: никогда, ни при каких обстоятельствах подробности этих сделок не были открытыми, это было и остается предметом государственной тайны. Но, как показали последние события, договоры о хеджировании Мехико подписывает с джентльменами, которым верят на слово, причем верят все, включая президента США и министров что ОПЕК, что ОПЕК+. Традиционные мексиканские ценности. Или не очень мексиканские?..

Государственные нефтяные резервы как «подушка безопасности» и не только

Конечно, нельзя не сказать несколько слов по поводу многочисленных комментариев, основной лейтмотив которых сводится к тотальному, невероятному проигрышу России, лично Игоря Сечина и Владимира Путина – с подачи наших иностранных партнеров отечественные комментаторы договорились уже до «неминуемого дефолта России и голодных бунтов на улицах и площадях», которые должны случиться со дня на день, буквально после дождичка в четверг. Для этих комментаторов не существует пандемия COVID-19 и четырех миллиардов человек на планете, находящихся под действием карантинных мер. Личный транспорт не двигается, по миру отменены 80% авиационных рейсов, сотнями отменяются железнодорожные рейсы, остановлены тысячи предприятий – но это все «пустяки, дело житейское», а потому руководители России, оказывается, «не имели никакого права идти на такое сокращение добычи нефти». Правда, эти комментаторы ни слова не говорят о том, в каком именно месте пришлось бы хранить объемы этой нефти – ведь загрузка НПЗ на территории Европы, которая является традиционным рынком сбыта для российской нефти, в настоящее время загружены едва ли не на 50% их мощности. Продолжают работать исключительно предприятия непрерывного производственного цикла, критически важные инфраструктурные подразделения, идет подготовка к весенним полевым работам в сельском хозяйстве – вот и весь список того, что в настоящее время «остается на плаву».

Резервуары нефти, США

Strategic Petroleum Reserve USA (SPR), Стратегический нефтяной резерв США, считающийся крупнейшим на планете (официально – порядка 635 млн баррелей), заполнен едва ли не «под горлышко», свободными числятся емкости на 77 млн баррелей, то есть на 7-8 дней полномасштабной работы нефтедобывающих компаний этой страны. Нет, конечно, нельзя исключать того, что государственные резервы Китая имеют еще большую емкость – Пекин никогда не давал их официальной оценки, а крупнейшие государственные нефтяные компании этой страны, CNPC (China National Petroleum Corp.) и Sinopec имеют собственные коммерческие запасы. Последняя информация по этому поводу была обнародована как раз CNPC: в декабре 2019 года компания сообщила, что правительство КНР планирует увеличить мощности для хранения нефти до 503 млн баррелей к концу 2020 года. Планирует – правительство, сообщает об этом – CNPC, то есть единственное, что сохраняется в полном объеме, так это режим китайских хитростей. Но, какими бы ни были объемы китайского государственного стратегического резерва, для объема мировой добычи это погоды, что называется, не делает. Китай может и наверняка воспользуется возможностью заполнить свои емкости, пока цена барреля находится на исторически рекордных нижних отметках, поскольку благодаря собственным усилиям находится в привилегированном положении. Кризис COVID-19 в этой стране преодолен, экономика восстанавливается с максимально возможной оперативностью, емкости для запасов нефти имеются.

Судьба нефтедобывающей отрасли – в руках медиков

Но для мировой нефтедобывающей индустрии эти маневры решающего значения не имеют: по самым оптимистическим оценкам, общее снижение потребления нефти составляет не менее 19 млн баррелей в сутки, и это еще не предел, борьба с пандемией только набирает ход, до пиковых нагрузок во многих странах дело еще не дошло. Это не кризис перепроизводства, которых в истории мировой нефтедобычи уже хватало, происходящее не имеет аналогов – никогда ранее такого падения именно спроса в мире нефти не происходило. Именно по этой причине черно-белые оценки итогов переговоров в рамках ОПЕК+ и тех переговоров, что последовали и еще последуют после этого события не объективны в принципе – ни одна нефтедобывающая страна сейчас не может оказаться «победителем». Планета Земля 6 марта 2020 года, когда была сорвана предыдущая встреча министров ОПЕК + и планета Земля 12 апреля 2020 года, когда было подписано новое соглашение – это две разных планеты.

Фронт борьбы с COVID-19

Переговоры 9 и 12 апреля шли о том, каким образом можно избежать именно обвального обрушения добычи нефти во всех странах разом. Если бы не возникла договоренность о снижении объемов добычи с 1 мая 2020 года. При апрельских темпах добычи уже к середине лета емкости для хранения нефти просто физически бы закончились во всех странах. У руководителей России было всего два варианта – либо договариваться о сокращении добычи, либо готовиться к хранению нефти в трубопроводах «Транснефти» после полного прекращения отгрузки на всех наших экспортных терминалах. Можно хоть каждые пять минут заявлять о том, что «Россия проиграла, а США выиграли», вот только реальная действительность, данная нам в ощущениях, этому удивительно бездарному выводу противоречит в корне.

Начавшиеся 13 апреля торги на сырьевых биржах наглядно показывают, что договоренности в рамках ОПЕК+ не оказали никакого влияния на котировки нефти: Brent все так же находится в коридоре от 30 до 33 долларов за баррель, WTI – в коридоре от 22 до 25 долларов за баррель. Это те самые цены, при которых в Штатах за месяц объем добычи снизился на 600 тысяч баррелей в сутки – без всяких соглашений в рамках ОПЕК+, без обязательств по мексиканской квоте. Реально судьба мирового рынка нефти сейчас находится в руках едва держащихся на ногах от непомерных нагрузок врачей, а не в хитросплетениях и интригах нефтепроизводящих стран – вот нехитрая правда нынешней обстановки. От того, как четко соблюдаются карантинные ограничения в Москве, зависит благополучие ExxonMobil, а сидящие по квартирам жители Нью-Йорка сражаются за положительные балансы Роснефти и ЛУКОЙЛа. Справится с пандемией Индия – не так сильно успеет пострадать ВР, а падение добычи нефти в Канаде, которое сейчас уже составило (и опять же – без ОПЕК+, без обязывающих обязательств со стороны правительства этой страны) остановят итальянцы с испанцами.

Отказ от понимания вот этих простых фактов делает любые попытки анализа происходящего полным абсурдом. Если смириться с фактами, которые, как известно, не зависят от наших личных предпочтений, то не будет повода впадать в паническое настроение – соглашения ОПЕК+ не являются ни проигрышем, ни выигрышем ни для тех, кто его подписал, ни для тех, кто, ссылаясь на особенности собственного законодательства, не принял участия в этом совещании. Не было ошибкой и решение России отказаться от выполнения ультиматума Саудовской Аравии, принятое 6 марта на предыдущей встрече министров ОПЕК+ – на тот момент на планете была одна ситуация, сейчас она совершенно другая.

Можно отбросить политкорректность и спокойно констатировать – на тот момент политическое руководство России планировало предпринять максимум усилий для того, чтобы не допустить дальнейшего усиления позиций на мировом рынке нефтяников США. Но взгляните еще раз на сегодняшние котировки нефти WTI на сырьевых биржах и убедитесь – нет никаких признаков того, что после подписания нового соглашения ОПЕК+ условия работы для американских сланцевых компаний стали хоть на йоту лучше. 22-25 долларов за баррель – цена, которая делает добычу нефти методом гидроразрыва пласта глубоко убыточной, ситуация для этого сектора нефтедобычи остается столь же критической.

Неиспользованные возможности

Если действительно хочется высказывать в адрес руководства России критику, а не критиканство, давайте делать это спокойно, стараясь максимально сохранять объективность. Ошибки есть, нет никакого смысла пытаться их не замечать. Не самый большой секрет то, что добыча нефти в России распределяется между экспортом и внутренним потреблением приблизительно поровну – из 11 млн баррелей в сутки 5,5 млн баррелей уходило на наши нефтеперерабатывающие нефтехимические предприятия. Другими словами – Россия является не только крупным производителем нефти, но и ее крупным потребителем. Страны, потребляющие нефть в больших объемах, тоже имеют собственную организацию, своеобразный «антиОПЕК» — Международное Энергетическое Агентство. МЭА для стран, входящих в его состав, еще в прошлом веке выдало простую рекомендацию – организовать на своей территории хранилища нефти, которые позволили бы каждой из них продержаться без поступления нефти в течение 90 дней, трех месяцев. Следовательно, применив этот подход, для собственной энергетической безопасности и обеспеченности Россия должна была бы организовать государственный резерв общей емкостью около 600 млн баррелей нефти. В этом случае наши отечественные компании имели бы свободу маневра практически на два месяца и заниматься организационными вопросами по снижению объемов добычи значительно спокойнее и планомернее. Слишком дорогое удовольствие?

Давайте внимательнее присмотримся к действиям того же Трампа, предпринимаемые им прямо сейчас. Первая мысль, возникшая у президента США после начала обвала котировок нефти, была очевидной – закупить у сланцевых компаний нефть в объеме, который позволял SPR, но Конгресс, контролируемый демократами, тут же наложил вето на такие государственные расходы. И после этого Трамп использовал подход, против которого никто возразить не может: он позволил все тем же сланцевым компаниям арендовать свободные емкости, тем самым зарабатывая деньги для государственного бюджета. Вывод прост – использование государственного резерва нефти не является «заповедями на каменных скрижалях», подход может быть максимально гибким, позволять частным компаниям чуть легче переживать непростые времена, а государству – возвращать инвестиции, много лет тому назад потраченные на обустройство огромных емкостей в соляных пластах. И, раз уж мы обратили внимание на пример США, давайте изучим его еще чуть глубже.

Объем добычи нефти в США в 2019 году составил почти 13 млн баррелей в сутки, при этом, по данным управления информации при министерстве энергетики этой страны, объем экспорта составлял 2,2 млн баррелей в сутки. Еще раз то же самое, но в процентах, чтобы это было еще нагляднее: 17% добычи – на экспорт, 83% — на внутреннее потребление. Отбросим в сторону индивидуальную проблему Штатов, заключающуюся в том, что на их территории минимальное количество месторождений нефти тяжелых сортов, которые им приходится импортировать – России эта проблема не касается, у нас в наличии тяжелая нефть Татарстана и Поволжья, как и легкая нефть Сибири. Но наше внутреннее потребление составляет только 50% от объема нашей же добычи, в 1,7 раза меньше, чем в США. И это – объективная, математически точная оценка уровня развития нашей нефтепереработки, уровня нефтехимической промышленности.

Да, министерство энергетики сумело буквально навязать крупным отечественным компаниям необходимость инвестирования в развитие их НПЗ – теперь они не только способны производить автомобильный бензин класса Е5, они добились разительно более глубокой переработки нефти, чем имевшийся ранее. Но посмотрим на новостные сюжеты конца 2019 года и начала 2020 года.

«Известия», 25 октября 2019 года:

«Газпром Нефть начала в Омске строительство современного комплекса по производству высокотехнологичных катализаторов для нефтепереработки. На сегодняшний день комплексов такого масштаба в России не существует. Завод будет выпускать катализаторы каталитического крекинга и гидроочистки, необходимые для производства бензина и дизельного топлива стандарта Евро-5, и гидрокрекинга — для процессов глубокой переработки нефти. Планируется производить 4 тыс. т катализаторов гидроочистки, 2 тыс. т катализаторов гидрокрекинга и 15 тыс. т катализаторов каталитического крекинга в год».

«Нефтегаз», 28 января 2020 года:

«Роснефть запустила в эксплуатацию первый в России опытно-промышленный комплекс для производства катализаторов гидропроцессов. Современный объект общей площадью 720 квадратных метров расположен на территории Новокуйбышевского завода катализаторов, «дочки» Роснефть. Новые технологические возможности в перспективе позволят существенно снизить зависимость РФ от импортной продукции в области катализаторов для процессов нефтепереработки. В настоящее время доля импорта в катализаторах гидроочистки составляет около 90-95%.  За счет развития собственного производства Роснефть планирует снизить этот показатель до 50% к 2024 г».

Хорошо, что государственные вертикально-интегрированные компании стали работать в этом направлении, но даты этих новостных сообщений – еще одно наглядное свидетельство того, что происходит это с огромным опозданием, при этом каждая из компаний занимается этими разработками самостоятельно. Это, конечно, строго соответствует либеральной доктрине экономики – два производителя будут конкурировать друг с другом, в результате другие нефтяные компании, имеющие собственные НПЗ, получат максимальный по качеству и минимальный по цене результат. Здорово! Вот только для того, чтобы остановить в России производство качественного топлива, нашим пресловутым «западным партнерам» нет необходимости применять санкции к российским нефтяным компаниям – достаточно запрета на поставки катализаторов. Результат вполне очевиден — упадет загрузка производственных мощностей НПЗ, что автоматически снизит внутреннее потребление нефти в России и нефтедобывающие компании вынуждены будут снижать объемы добычи без всяких соглашений с ОПЕК+.

Любой энергетический ресурс имеет две составляющие – экономическую и ту, что связана с такими важнейшими понятиями, как энергетическая безопасность и энергетическая обеспеченность. До той поры, пока в России подавляющее значение имеет коммерческая целесообразность, энергетические безопасность и обеспеченность будут находиться в зоне риска. При этом в бесконечно далеком уже 1970-м году в Новосибирске было создано специализированное конструкторское бюро «Катализатор», которое существует и успешно функционирует и в наши дни, причем даже не меняя названия – СКТБ «Катализатор». В начале 2019 года СКТБ «Катализатор» заявило о плане создания инжинирингового центра. Суть проекта «Национальный центр инжиниринга и испытаний катализаторов» заключается в создании на площадке в Новосибирске парка пилотных установок по основным процессам нефтепереработки, на которых можно было бы проводить испытания катализаторов в реальных условиях работы установок на конкретных НПЗ и на реальном сырье. Дела идут достаточно успешно: руководство Новосибирской области выделило 3 гектара под строительство, гарантировало помощь с обустройством инфраструктуры, СКТБ нашло 500 млн рублей для начального финансирования. Остается найти еще 1,5 млрд – и тогда в 2025 году у России появится собственный центр для испытаний катализаторов. Помощь от государства отсутствует, СКТБ ведет переговоры с нефтяными компаниями, Газпром Нефть, ЛУКОЙЛ и АО «Нефтиса» (материнская компания «Новосибирскнефтегаза») обещают подумать о своем участии в  софинансировании.

Старательно заткнув уши, чтобы ни в коем случае не услышать слова Владимира Путина о том, что либеральная идеология изжила себя, правительство России с невероятным упорством продолжает попытки внедрять именно либеральную доктрину в нашей экономике. Будущий инжиниринговый центр будет частным, государство не намерено участвовать и в производстве катализаторов – это ведь будет означать возрождение государственного контроля над священной коровой частного бизнеса. То, что при этом российский частный бизнес оказался в зоне контроля иностранных государств – предпочитаем не видеть. Там не слышим, тут не видим, говорим одно, думаем другое, делаем третье – в результате энергетическая безопасность по-прежнему в зоне риска.

«Либерализм изжил себя» — сказано, но плохо расслышано

Центральный Банк РФ отпустил рубль в «свободное плавание», в течение последнего месяца курс национальной валюты по отношению к доллару и евро опустился на 20 с лишним процентов. Это, конечно, шокирует, однако за последние пять лет Россия настолько удачно развивала агропромышленный сектор, что такое падение курса не сказывается на уровне жизни настолько жестко, как это происходило в те же 90-е годы. Больше того подешевевший рубль мог бы послужить дополнительным «козырем» в том случае, если бы начатая в 2014 году компания импортозамещения не была превращена в компанейщину – бессистемную и непоследовательную.

Мы неоднократно обращались к примерам деятельности Росатома – государственной структуре, находящуюся вне зоны прямого влияния министерства энергетики, сделаем это еще раз. В 2018 году в России заработала новая система обращения с твердыми коммунальными отходами, она же – «мусорная реформа». Скажем мягко – проходит она со значительными трудностями, но уже в апреле того же 2018 года «Атомэнергомаш» подписал договор с Hitachi Zosen Inova о локализации на «ЗиО-Подольск» производства оборудования для мусоросжигательных заводов. То, что в Подольске умеют делать котлы – ни для кого не секрет, удивляться тому, что именно здесь произведены котлы для заводов «РТ-Инвест», не приходится. Но посмотрим на новость от 20 января 2020 года:

«ЗиО-Подольск подписал контракт на поставку комплекта оборудования для мусороперерабатывающего завода «Риверсайд» в Великобритании».

Международный конкурс был выигран легко и уверенно: образцы оборудования, произведенного для российских потребителей уже имелись, с качеством все в полном порядке, а дальше «в бой пошел» все тот же подешевевший рубль, который для «Атомэнергомаша», в который структурно входит «ЗиО-Подольск», после мартовского падения курса стал еще и дополнительным выигрышем. Еще раз. Государственное предприятие «Атомэнергомаш», не подчиненное правительству напрямую, с импортозамещением справляется, а предприятия, связанные с министерством энергетики, к такому уровню доберутся только через несколько лет. Новостное сообщение от 13 мая 2019 года:

«Роснефть» исключила Восточный нефтехимический комплекс из своей инвестиционной программы, это связано с налоговым маневром в нефтяной отрасли, заявил первый вице-президент «Роснефти» Павел Федоров. Это решение, по сути, приняли за нас, оно вытекает из принятой фискальной политики. При таких обстоятельствах проект [ВНХК] не является рентабельным, – заявил представитель «Роснефти». – Мы старались его сохранить, но это невозможно». ВНХК – нефтехимический комплекс, который предполагалось построить в Приморском крае. Планировалось построить три очереди по переработке нефти общей мощностью 12 млн т в год и линию по производству нефтехимической продукции мощностью 3,4 млн т в год».

С момента принятия этого решения Роснефтью миновал почти год – никаких новостей по этому поводу ни от компании, ни от правительства больше не поступало. 12 млн тонн или 84 млн баррелей нефти высокотехнологичной переработки сырой нефти на территории Дальнего Востока с созданием соответствующего количества рабочих мест – это было возможно, но оказалось не реализовано.

Таких примеров в России больше одного, и никакие бравые доклады об успехах в нефтепереработке не могут «справиться» с двумя числами, поскольку факт – вещь упрямая. 83% — объем собственного потребления нефти, добытой в США и 50% — объем собственного потребления нефти, добытой в России. 635 млн баррелей – емкость стратегического нефтяного резерва США и 0 (ноль) баррелей стратегического нефтяного резерва России. Можно подтрунивать над Штатами по поводу того, что свободных емкостей в их государственном резерве хватит на неделю нефтедобычи в привычных объемах, но как-то шутки не шутятся, поскольку в России нет даже намека на возможность вот такого маневра, который сейчас мог бы хоть как-то смягчить ситуацию, возникшую на мировом рынке нефти. Снижение объема добычи на 2,5 млн баррелей в сутки для российских нефтекомпаний – технологически чрезвычайно непростая задача, поскольку у нас хватает скважин, находящихся на заключительном этапе эксплуатации, их остановить можно только один раз и навсегда. Отсутствие времени для маневра эту задачу только усложняет, как делает ее сложнее и имеющееся соотношение собственного потребления и экспорта. Вот об этом есть смысл говорить вслух, а бесконечно припоминать, что происходило на совещании ОПЕК+ 6 марта 2020 года – занятие бессмысленное с того момента, как COVID-19 из ранга эпидемии в Китае перешел в стадию всемирной пандемии.

Соглашение ОПЕК+ от 12 апреля 2020 года не принесло победы и не стало поражением ни для кого из участников мирового рынка нефти, вопрос стоит иначе – удастся ли добиться минимального ущерба? Серия переговоров, встреч, совещаний, будет продолжаться, но справится или нет мировая нефтедобывающая отрасль с огромным снижением спроса на «черное золото», в настоящий момент ответить невозможно. Судьба отрасли – в руках врачей и в успешности предпринимаемых карантинных мер в каждой отдельно взятой стране. А вот причины, по которым нефтяная отрасль России оказалась далеко не полностью готова к такому испытанию, должны стать не только предметом анализа и обсуждения, но и поводом для того, чтобы как можно оперативнее сделать адекватные выводы.

Источник

12345  5 / 1 гол.
Чтобы оставить комментарий войдите или зарегистрируйтесь

2 комментария

  • Дмитрий
    2020-04-17 16:24
    хэ...аналитика  хорошая, но никто не выиграл...вынужденная мера... 
    Ответить
  • Mstislav
    2020-04-22 16:33
     "Судьба отрасли – в руках врачей и в успешности предпринимаемых карантинных мер в каждой отдельно взятой стране" Какое смелое утверждение, при том, что "Пандемия – это когда заболевание выходит за пределы одной страны и приобретает более крупные масштабы. В данном случае заболевание охватило сразу несколько стран. На данный момент в мире заражены около 120 тысяч человек.
    Мне кажется, что ВОЗ объявила пандемию прежде всего для того, чтобы побудить некоторые страны серьезнее относиться к коронавирусу и тщательнее следить за соблюдением мер предосторожности"
    См. https://yandex.ru/q/question/chto_takoe_pandemiia_ />
    "В МИРЕ У БОЛЕЕ 2,5 МЛН ЧЕЛОВЕК ПОДТВЕРЖДЁН КОРОНАВИРУС"
    7.5 млрд. человек умножим на 5% и получим результат, который будет говорить о наличии пандемии, короче, много шума из ничего или решение других задач? При этом верить сообщениям т.н. СМИ будет верхом не простительной глупости, т.к. мы все хорошо знаем, что из себя представляют СМИ

    "А вот причины, по которым нефтяная отрасль России оказалась далеко не полностью готова к такому испытанию, должны стать не только предметом анализа и обсуждения, но и поводом для того, чтобы как можно оперативнее сделать адекватные выводы"
    Это точно, но пока надо гражданам объяснить, почему при бросовых ценах на нефть цена на ГСМ во всем мире снизилась, а в РФ нет? Кроме того, полезно сразу же объяснить, почему дизель стоит дороже самого дорогого бензина, по факту являясь отходами производства более легкого топлива Если ответить на все эти вопросы, то станет очевидной недееспособность властей в сложившейся ситуации со всеми вытекающими для всех участников запущенных процессов
    Ответить

Новости Разумей.ру

Назад

Достойное

  • неделя
  • месяц
  • год
  • век

Наша команда

Двигатель

Лента

Белорусский апофеоз
Аналитика| позавчера 14:53
Война 1812 года и Тартария
Видео| 2020-08-09 23:45
Размышления о "Древе Познания"
Аналитика| 2020-08-07 09:04
Социальная иерархия
Видео| 2020-08-05 10:52

Двигатель

Опрос

Протесты в Белоруссии это ...

Блоги на Разумей.ру

Информация

На банных процедурах
Сейчас на сайте

Популярное

 


© 2010-2020 'Емеля'    © Первая концептуальная сеть 'Планета-КОБ'. При перепечатке материалов сайта активная ссылка на planet-kob.ru обязательна
Текущий момент с позиции Концепции общественной безопасности (КОБ) и Достаточно общей теории управления (ДОТУ). Книги и аналитика Внутреннего предиктора (ВП СССР). Лекции и интервью: В.М.Зазнобин, В.А.Ефимов, М.В.Величко, В.В.Пякин.